А П Чехов Рассказ Хирургия

Уважаемый гость, на данной странице Вам доступен материал по теме: А П Чехов Рассказ Хирургия. Скачивание возможно на компьютер и телефон через торрент, а также сервер загрузок по ссылке ниже. Рекомендуем также другие статьи из категории «Книги».

А П Чехов Рассказ Хирургия.rar
Закачек 2949
Средняя скорость 3369 Kb/s

А П Чехов Рассказ Хирургия

Земская больница[2]. За отсутствием доктора, уехавшего жениться, больных принимает фельдшер Курятин, толстый человек лет сорока, в поношенной чечунчовой жакетке и в истрепанных триковых брюках. На лице выражение чувства долга и приятности. Между указательным и средним пальцами левой руки – сигара, распространяющая зловоние.

В приемную входит дьячок Вонмигласов, высокий коренастый старик в коричневой рясе и с широким кожаным поясом. Правый глаз с бельмом и полузакрыт, на носу бородавка, похожая издали на большую муху. Секунду дьячок ищет глазами икону и, не найдя таковой, крестится на бутыль с карболовым раствором, потом вынимает из красного платочка просфору и с поклоном кладет ее перед фельдшером.

– А-а-а. мое вам! – зевает фельдшер. – С чем пожаловали?

– С воскресным днем вас, Сергей Кузьмич. К вашей милости. Истинно и правдиво в псалтыри сказано, извините: «Питие мое с плачем растворях».[3] Сел намедни со старухой чай пить и – ни боже мой, ни капельки, ни синь-порох, хоть ложись да помирай. Хлебнешь чуточку – и силы моей нету! А кроме того, что в самом зубе, но и всю эту сторону. Так и ломит, так и ломит! В ухо отдает, извините, словно в нем гвоздик или другой какой предмет: так и стреляет, так и стреляет! Согрешихом и беззаконновахом. [4] Студными бо окалях душу грехми и в лености житие мое иждих. [5] За грехи, Сергей Кузьмич, за грехи! Отец иерей после литургии упрекает: «Косноязычен ты, Ефим, и гугнив стал. Поешь, и ничего у тебя не разберешь». А какое, судите, тут пение, ежели рта раскрыть нельзя, всё распухши, извините, и ночь не спавши.

– М-да. Садитесь. Раскройте рот!

Вонмигласов садится и раскрывает рот.

Курятин хмурится, глядит в рот и среди пожелтевших от времени и табаку зубов усматривает один зуб, украшенный зияющим дуплом.

– Отец диакон[6] велели водку с хреном прикладывать – не помогло. Гликерия Анисимовна, дай бог им здоровья, дали на руку ниточку носить с Афонской горы[7] да велели теплым молоком зуб полоскать, а я, признаться, ниточку-то надел, а в отношении молока не соблюл: бога боюсь, пост. [8]

– Предрассудок. (пауза). Вырвать его нужно, Ефим Михеич!

– Вам лучше знать, Сергей Кузьмич. На то вы и обучены, чтоб это дело понимать как оно есть, что вырвать, а что каплями или прочим чем. На то вы, благодетели, и поставлены, дай бог вам здоровья, чтоб мы за вас денно и нощно, отцы родные. по гроб жизни.

– Пустяки. – скромничает фельдшер, подходя к шкапу и роясь в инструментах. – Хирургия – пустяки. Тут во всем привычка, твердость руки. Раз плюнуть. Намедни тоже, вот как и вы, приезжает в больницу помещик Александр Иваныч Египетский. Тоже с зубом. Человек образованный, обо всем расспрашивает, во всё входит, как и что. Руку пожимает, по имени и отчеству. В Петербурге семь лет жил, всех профессоров перенюхал. Долго мы с ним тут. Христом-богом молит: вырвите вы мне его, Сергей Кузьмич! Отчего же не вырвать? Вырвать можно. Только тут понимать надо, без понятия нельзя. Зубы разные бывают. Один рвешь щипцами, другой козьей ножкой,[9] третий ключом. Кому как.

Фельдшер берет козью ножку, минуту смотрит на нее вопросительно, потом кладет и берет щипцы.

– Ну-с, раскройте рот пошире. – говорит он, подходя с щипцами к дьячку. – Сейчас мы его. тово. Раз плюнуть. Десну подрезать только. тракцию[10] сделать по вертикальной оси. и всё. (подрезывает десну) и всё.

– Благодетели вы наши. Нам, дуракам, и невдомек, а вас господь просветил.

– Не рассуждайте, ежели у вас рот раскрыт. Этот легко рвать, а бывает так, что одни только корешки. Этот – раз плюнуть. (накладывает щипцы). Постойте, не дергайтесь. Сидите неподвижно. В мгновение ока. (делает тракцию). Главное, чтоб поглубже взять (тянет). чтоб коронка не сломалась.

– Отцы наши. Мать пресвятая. Ввв.

– Не тово. не тово. как его? Не хватайте руками! Пустите руки! (тянет). Сейчас. Вот, вот. Дело-то ведь не легкое.

– Отцы. радетели. (кричит). Ангелы! Ого-го. Да дергай же, дергай! Чего пять лет тянешь?

– Дело-то ведь. хирургия. Сразу нельзя. Вот, вот.

Вонмигласов поднимает колени до локтей, шевелит пальцами, выпучивает глаза, прерывисто дышит. На багровом лице его выступает пот, на глазах слезы. Курятин сопит, топчется перед дьячком и тянет. Проходят мучительнейшие полминуты – и щипцы срываются с зуба.

Дьячок вскакивает и лезет пальцами в рот. Во рту нащупывает он зуб на старом месте.

– Тянул! — говорит он плачущим и в то же время насмешливым голосом. – Чтоб тебя так на том свете потянуло! Благодарим покорно! Коли не умеешь рвать, так не берись! Света божьего не вижу.

– А ты зачем руками хватаешь? – сердится фельдшер. – Я тяну, а ты мне под руку толкаешь и разные глупые слова. Дура!

– Ты думаешь, мужик, легко зуб-то рвать? Возьмись-ка! Это не то, что на колокольню полез да в колокола отбарабанил! (дразнит). «Не умеешь, не умеешь!» Скажи, какой указчик нашелся! Ишь ты. Господину Египетскому, Александру Иванычу, рвал, да и тот ничего, никаких слов. Человек почище тебя, а не хватал руками. Садись! Садись, тебе говорю!

– Света не вижу. Дай дух перевести. Ох! (садится). Не тяни только долго, а дергай. Ты не тяни, а дергай. Сразу!

– Учи ученого! Экий, господи, народ необразованный! Живи вот с этакими. очумеешь! Раскрой рот. (накладывает щипцы). Хирургия, брат, не шутка. Это не на клиросе[11] читать. (делает тракцию). Не дергайся. Зуб, выходит, застарелый, глубоко корни пустил. (тянет). Не шевелись. Так. так. Не шевелись. Ну, ну. (слышен хрустящий звук). Так и знал!

Вонмигласов сидит минуту неподвижно, словно без чувств. Он ошеломлен. Глаза его тупо глядят в пространство, на бледном лице пот.

– Было б мне козьей ножкой. – бормочет фельдшер. – Этакая оказия!

Придя в себя, дьячок сует в рот пальцы и на месте больного зуба находит два торчащих выступа.

– Парршивый чёрт. – выговаривает он. – Насажали вас здесь, иродов, на нашу погибель!

– Поругайся мне еще тут. – бормочет фельдшер, кладя в шкап щипцы. – Невежа. Мало тебя в бурсе березой потчевали. Господин Египетский, Александр Иваныч, в Петербурге лет семь жил. образованность. один костюм рублей сто стоит. да и то не ругался. А ты что за пава такая? Ништо тебе, не околеешь!

Дьячок берет со стола свою просфору[12] и, придерживая щеку рукой, уходит восвояси.

А П Чехов Рассказ Хирургия. На этом данная статья подошла к завершению. Следите за обновлениями на нашем сайте. Получить дополнительную информацию, а также задать свои вопросы можно в комментариях.


Статьи по теме